61

Вошла бабушка.

— Какое счастье, что в этом ужасном мире, погрязшем в отвратительных пороках и самом низкопробном разврате, есть такие нравственно чистые люди, как Миша Мундирашвили.
— А я?
— Вы, Гусинский, к нравственным людям не принадлежите.
— Почему? Чем я хуже Миши Мундирашвили?
— У вас слишком много баб.
— Баб не бывает слишком много. Их бывает слишком мало.
— Это философия развратников! Таких, как архитектор Палачёв…
— Вы МЕНЯ сравниваете с Палачёвым? С этим моральным уродом всех времён и народов?
— Если вы и уступаете Палачёву, то не по причине более нравственного поведения.
— А по какой же это причине?
— Я думаю, Палачёв превосходит вас, как мужчина!
— ЧТО??? Что-что-что????????????
— Он более способный в удовлетворении женщин.
— Более способный, чем Я?
— Возможно, правда, у вас на это нет времени.
— Просто я не дебил!
— Кто вам сказал? Вы, Палачёв и Шмелькин, а также примкнувший к вашей компании идиотов мой любимый внук - стопроцентные дебилы!!! И противостоит вам только один, несгибаемый в нравственных устоях, человек. Не сумели вы его развратить! Не получилось! И не получится!
- Странная штука - жизнь…Кто-то из древних сказал: «Моя репутация - мой капитал». Как мне избавиться от моей гадкой репутации? Как мне стать полноправным членом сообщества гомосапиенс?
— Гомо - ты уже есть. А вот сапиенс тебе явно не по карману. Это говорю тебе я - милейший Константин, мудрейший из мудрейших.

 

62

Позвонил Миша Мундирашвили.

— Как ты там?
— Состоялось вручение «Оскаров».
— Мы что-нибудь получили?
— Артист Шмелькин прочитал мне по телефону текст своей благодарственной речи.
— Кого он благодарил?
— Кажется, Американскую киноакадемию.
— За что?
— Наверное, за то, что она вручила ему «Оскара».
— Этому придурку вручили «Оскара»? Константин, мир рушится у меня под ногами. Мне не хочется жить! Какое падение художественного вкуса!!! Я всегда говорил, что Америка - отсталая страна. Там живут недоразвитые люди. Неудивительно, что Запад разлагается и смердит. Америка скоро захлебнётся в собственной блевотине. Вот в Африке Шмелькину бы не дали даже хуй от Оскара. Потому что в Африке древнейшая культура, богатые традиции. Свои фильмы я никогда не буду показывать в Америке - в этой вонючей капиталистической резервации. Только в Африке. Там самая компетентная аудитория…
— И не говори…
— Мне только что звонил художник Патико. Вчера на улице ему приглянулся качественный бабец. Он шёл за ней четыре квартала. Её задницу - все её тончайшие изгибы - он мне пересказал по памяти! Дальше он за ней не пошёл - сильно натёр ногу. Да и смысла не имело. По грузинским понятиям он её уже, в принципе, выебал!
— Правильно ли я понимаю, что по грузинским понятиям достаточно посмотреть на женскую задницу, чтобы считать коитус состоявшимся?
— Даже не обязательно лично посмотреть. После подробного телефонного разговора с художником Патико я могу с полным правом считать, что и мне посчастливилось поиметь этого задастого бабца.
— А я?
— С этой минуты и у тебя есть все основания так считать. Естественно, только по грузинским понятиям
— Кажется, Шмелькин поимел «Оскара» тоже по грузинским понятиям.
— Нет, всё как раз наоборот. По грузинским понятиям, Оскар уже давно Шмелькина в жопу поимел.

63

Пришёл Женя Волков.

— На съёмках у Миши Мундирашвили царит полный хаос.
— Не может быть. Это же храм искусства. А Миша - хранитель очага нравственности.
— Там все друг друга ебут.
— Не верю!
— Без разбора.
— Надеюсь, не в сраку?
— Хорошо, если бы только в сраку…
— Кто особенно преуспевает?
— Некто Улиссадебе из Азербайджана.
— Кого он играет?
— Ангела.
— «Этот человек не перестаёт говорить хульные слова на святое место сие и на закон».
— «И все, сидящие в синедрионе, смотря на него, видели лице его, как лице Ангела».
— Что по этому поводу думает порнограф Матвеев?
— Он сказал, что готов поставить на кон всё, кроме собственной задницы, что пидарас Гусинский в два счёта опустит любого ангела. Миша Мундирашвили на это заметил, что готов поставить на кон всё, включая собственную задницу и жопу Гусинского, что Улиссадебе одним движением могучего хуя порвёт очко архитектору Палачёву, блаженному Трипалкину и самому порнографу вместе взятым.
— Что по этому поводу говорит Бенедикт Спиноза?
— Бенедикт даёт нам в высшей степени научное определение «групповухи».
— Ну-ка, сформулируй! Просвети!
— «Если несколько тел одинаковой или различной величины стесняются другими телами до соприкосновения друг с другом или если они движутся с одинаковыми или различными скоростями так, что сообщают известным образом свои движения друг другу, то мы будем говорить, что такие тела соединены друг с другом и все вместе составляют одно тело».
— Хорошо, когда ебля, даже с участием простейших организмов, поставлена на строго научную основу!
— «Чем большими или меньшими поверхностями соприкасаются друг с другом части какого-либо индивидуума или сложного тела, тем труднее или тем легче можно заставить их изменить своё положение и, следовательно, тем легче или труднее заставить самый индивидуум принять другую фигуру».
— Да-а-а-а! Спиноза был дока по ентой части! Так чем закончилась групповушка?
— Я, как эксперт по арабским бедуинам, выступил в качестве третейского судьи. В моей обличительной речи, продолжавшейся три с половиной часа, была подробно изложена историческая и геополитическая сторона конфликта и вынесен вердикт.
— Кого?
— Что - кого?
— Кого выебали?
— А как ты думаешь?
— Надеюсь, Матвеева?
— Увы, нет.
— Мишу Мундирашвили?
— К сожалению, нет.
— Пидараса Гусинского!!! Как же я сразу не догадался…
— Вовсе нет…
— Неужели опять блаженного Трипалкина на батареях центрального парового отопления?
— Никому это даже в голову не пришло.
— Пришёл черёд великого архитектора положить жопу на алтарь Отечества?
— Всё гораздо проще. Я предложил вытянуть короткую спичку.
— Она досталась ангелу?
— Малютке Лолите. Этому фокусу меня обучил один моджахед - все спички были короткими. Малышка была обречена. Под шумок и я непринуждённо бросил ей пару-тройку компетентных палок. Все остались довольны.
— Ну и скотина этот дипломированный порнограф Матвеев! Вечно выходит сухим из воды.
— Что верно, то верно. К Лолите его не подпустили. Втихаря дрочил за дверью…

 

64

Позвонил Ромочка Трипалкин.

— Миша Мундирашвили ненавидит всё женское население страны.
— Наконец-то он определился с ориентацией.
— Да, он стопроцентный натурал!
— Не вызывает сомнений!
— Иришка попросила у него денег за стриптиз.
— За это он и возненавидел полстраны?
— Причина вполне весомая. Только непонятно, зачем ему понадобился стриптиз в исполнении Иришки, если она и так ходит голая.
— Говорят, её ещё никто никогда не видел даже в нижнем белье.
— Может быть, Миша хотел её приодеть, а она ему резонно заметила: «Гони бабло!» Миша её прогнал… Он сказал: «Ненавижу меркантильных сучек!»
— Все сучки - меркантильные!!!
— Не скажи… Приведу обратный пример. Давно это было - не помню в каком году. Помню, что в разгар перестройки. Пришёл я по какому-то делу к Тамарке-спекулянтке. У неё всегда разного народу толкалось до дури. Вижу, в кресле баба сидит прилично одетая. Я говорю: «Здравствуйте!» Она говорит: «Добрый вечер. Вы не голубой?» Я говорю: «С утра не был». Она говорит: «Надеюсь, ещё пару часиков продержитесь. Не желаете меня проводить?» Почему бы, думаю, не проводить, если баба сама напрашивается. Дошли до её дома, и она опять говорит: «Кофе не хочешь выпить?» Честно говоря, я кофе вообще не употребляю, но сказал, что выпью две чашки. Потрахались! А утром она мне подарила фирменную футболку «Адидас». На следующий день я к ней опять заглянул на чашечку кофе и утром заслуженно получил итальянскую рубашку, запечатанную в полиэтиленовый пакетик. При этом, надо сказать, что трахал я её не то, чтобы очень эксклюзивно, скорее, как обычно. На третий день я получил от неё конвертик с марками. Я подумал, что там любовное письмо и решил до поры до времени не читать, чтобы продемонстрировать ей твёрдость мужского характера. Неделю к ней не ходил - мучил её слегка, а потом всё же решил наведаться - у меня пиджак давно в локтях протёрся, пора было гардероб обновлять! По дороге думаю, почему бы письмецо любовное не прочесть. Вскрываю конвертик с марками… Мать моя женщина!!! 500 баксов!!!!! Ну, думаю, крутая капуста!!!!! Матёрая спекулянтка!!!!!! Чего это она оскорбляет моё половое достоинство. Я же не проститутка бессловесная, не девочка по вызову. Верну ей всё до единого бакса. Гневно брошу в лицо. Звоню в звонок. Открывает толстый мужик в семейных трусах. Так, мол, и так - вчера съехали-с. Я - хозяин квартиры, больше не сдаю. Заглянул я к нему через плечо. Действительно, мебели нет. Больше я её никогда не видел…
— Трогательная история.
— Миша Мундирашвили сказал: «Не верю! Какой-нибудь пидор-ветеран, может быть, и подкинул бы тебе баксов 5. Но, конечно, не такой жмот, как балетмейстер Гусинский!». Я ему сказал: «Миша, напоминаю уже в который раз: я, как и ты, стопроцентный натурал!»
— У вас с Мишей так много общего…

65

 

Позвонил Хэнк.

— Законы существуют для того, чтобы защищать правителей от их собственного народа. Больше они не для чего не нужны. Оставьте пустые разговоры о правосудии. Власть предержащая никогда по большому счёту не интересовалась борьбой с преступностью, неотвратимостью наказания, диктатурой закона. Власть беспокоится только о безопасности собственной жопы. В этих пределах она и борется с преступностью. В этих пределах действительно существует неотвратимость наказания на уровне закона джунглей: сильный съедает более слабого…Только не надо, господа, убеждать нас в вашей повседневной заботе о правах человека. За своё право быть над законом и вне закона, вы нас в кровище утопите, даже глазом не моргнув. И сошлётесь на соответствующие статьи всевозможных кодексов, пребывающих в полном соответствии со всеми международными нормами… Простой человек никогда не найдёт поддержку у власти. Он вообще не нужен этой власти. Если бы члены правительств со своими холуями-чиновниками могли обходиться без рабов, они давно отправили бы всех нас на Колыму. Но они нуждаются в дармовой рабочей силе! В этом наше единственное спасение! Только поэтому мы ещё пока живы. Для успокоения нашей бессмертной душонки, они засирают нам мозги злоебучими теориями о грядущем повышении нашего благосостояния. Они зомбируют нам мозги своим убогим телевидением. И регулярно требуют от нас ходить строем на избирательные участки. Один великий американец довольно точно подметил: «Разница между демократией и диктатурой в том, что при демократии вы сначала голосуете, а потом получаете приказы; при диктатуре же вам не приходится терять время на голосование».
— Хуй им в жопу, Хэнк. Хлебни пивка. Пусть они сначала у нас отсосут, а потом, может быть, прогуляемся к ним на избирательный участок.
— Заклинаю тебя, Константин, никаких избирательных участков и прочего дерьма. Ещё до начала голосования их ублюдочные рожи надо опускать в урны вместо бюллетеней.
— Вариант радикальный, старина.
— И не пизди мне, мол, не хочется руки марать. Ох уж эта творческая интеллигенция…
— Да уж - срань болотная…
— Вы сами обслуживаете эту правительственную мразь. А потом слегка попискиваете на кухнях, задыхаясь от смелости и революционности. Вы сами - плоть от плоти этой власти. Она вас такими воспитала и даже кое-кого грудью вскормила.
— Тебе легко говорить, Хэнк. Ты нажрался пивка, блеванул, просрался, отдрючил какую-нибудь пьяную мохнатку и тебе море по колено.
— Константин, а тебе-то чего терять? Душевное спокойствие? Внутреннюю гармонию? Башню из слоновой кости?
— Скажу тебе по правде, Хэнк, ты перечислил не самые последние из моих ценностей.
— В сущности, бутылка хорошего винца, а ещё лучше две-три, стоят того, чтобы ради них не копаться в каком-нибудь вонючем дерьме.
— Приятно слышать от тебя, старина Хэнк, подтверждение правильности моей глобальной жизненной философии.

 

66

Пришёл балетмейстер Гусинский.

— Всё-таки приятно ощущать своё умственное превосходство над твоими дружками. Они все как на подбор дебилы. Такого же мнения и моя жена. Она сказала, что если я ещё не потерял надежду выглядеть в глазах людей серьёзно и авторитетно, то должен поставить перед тобой, Константин, вопрос ребром. Ты обязан - и я настоятельно требую! - вычеркнуть меня из своих похабных автобиографических записок. Что общего может быть между мной и, предположим, Женечкой Волковым, который чуть было не заразил весь город холерой? А при этом думал только о том, чтобы его член продолжал стоять. Тоже мне, проблема… Или твой приятель Василий Иваныч Чёрный. Через весь город вёз в троллейбусе удава. Зашёл в мою химчистку. Вытряхнул удава из мешка прямо на стол приёмщицы. И как ни в чём не бывало потребовал прейскурант. У моей постоянной клиентки, солидной дамы предпенсионного возраста, случился сердечный приступ. Приехала «скорая». Так врачиха не смогла оказать помощь. Она как увидела змею, которая сразу зашипела ей в лицо - пришлось ещё одну «скорую» вызывать! А архитектор Палачёв… Вообще больной - почему-то без справки. Звонит ко мне по телефону каждый день с одним и тем же вопросом: «Нет ли у меня в химчистке какой-нибудь шаловливой блядушки, настроенной сегодня ночью, а ещё лучше немедленно, осмотреть его архитектурную мастерскую?» Скажи, Константин, положа руку на сердце: есть между нами что-нибудь общее?
— Дорогой мой балетмейстер Гусинский, ты весьма высокомерно и иронически отозвался о всенародном любимце Женечке Волкове. А ведь он заслонил собой распространение холеры, я полагаю, не только на территории подведомственной лаборатории, но и на всей нашей планете! При этом совершил свой гражданский и научный подвиг элегантно, без показухи, больше заботясь о состоянии своей эрекции, чем о мировой славе. Художник-модельер Василий Чёрный не стал, подобно японским неудачникам, резать себе живот, вываливать кишки наружу и сооружать из них нерукотворный памятник. Он, как настоящий русский мужик, вышел на берег Обводного канала с тремя литрами текилы. Испив горючую смесь, он устроил спортивный заплыв наперегонки с удавом. Пресмыкающееся было посрамлено на глазах у изумлённого города. Народ рукоплескал художнику-модельеру. Только пограничники-водолазы в нейтральных водах заставили его вылезти на берег. Об архитекторе же Палачёве, из уважения к мэтру, я буду говорить только стоя. Ведь что такое, в сущности, осмотр архитектурной мастерской, как не приобщение к сокровищнице мирового естествознания! Конфуций сказал, что Человек способен сделать путь великим! Как это справедливо применительно к Палачёву, к Великому Шёлковому Пути, устланному красным ковриком, отделяющему шаловливых блядушек от архитектурной мастерской Гения.

67

Пришли Миша Мундирашвили с Машей.

— Константин, ставь вино на стол. Сейчас будем с Машенькой репетировать.
— Извини, Миша, забыл, какую сцену мы будем сейчас репетировать?
— Как ты мог забыть?! Я бросил все дела, привёз Машеньку, чтобы с ней порепетировать эротическую сцену в твоём новом фильме!
— Извини, Миша. Конечно, репетируйте на здоровье.
— А про меня забыли. Как будто меня здесь нет. Я совершенно не уверен, что Мундирашвили справится с ролью репетитора.
— А вы, господин Гусинский, не сомневайтесь.
— Я вам, Мундирашвили, более того скажу. В эротической сцене вы будете выглядеть, как бегемот в балете на льду.
— Константин, что он здесь делает? Сейчас моё репетиционное время. Я его согласовал с тобой три дня назад.
— Машенька, чем вы занимаетесь в этой жизни? Какое у вас образование?
— Машенька, можешь Гусинскому не отвечать. Он здесь присутствует незаконно.
— Миша, в горах Кавказа вы можете давать указания пастухам, как им правильно крыть овец, а здесь мы сами разберёмся, кто на чьи вопросы будет отвечать. Ваше здоровье. Вкусное вино. Ну-ка, налейте мне второй стаканчик. Машенька, целоваться на съёмочной площадке нужно точно так же, как и в жизни, только ещё более темпераментно. Вот примерно так…
— Константин, убери отсюда этого нахала.
— Константин, что делает здесь этот единоличный претендент на звание «худшего режиссёра всех времён и народов»? Что делает здесь этот грузинский Эдвард Вуд?
— Мальчики, не ссорьтесь, я со всеми по очереди поцелуюсь.
— Я настаиваю: со всеми, кроме Гусинского…
— Кроме меня, здесь больше не с кем целоваться.
— Гражданин Гусинский, я окончил Консерваторию по классу флейты, я виртуозно дрючил пикколо в Париже и Нью-Йорке, я снял пять художественных фильмов про идиотов, я могу на восьми иностранных языках без словаря послать вас на большой и толстый!!!
— Батоно Мундирашвили! Я окончил Вагановское училище. Я танцевал на сцене Мариинского театра. Я окончил Театральный институт - факультет искусствоведения. Я печатался в «Огоньке». Я ставил балеты в Стамбуле и во Франкфурте-на-Майне. Я - генеральный директор рентабельной химчистки. Я дважды обедал с губернатором. Я снялся в четырёх художественных фильмах в роли пидараса! Что помешает мне сейчас в лучших традициях Станиславского так убедительно войти в столь хорошо мне знакомую роль, так выстроить сверхзадачу, что твоя задница, батоно, запылает, как вечный огонь на Марсовом поле? Мне ничто и никто не помешает!
— Господа, на правах хозяина этого дома я прошу вас обратить внимание на Машеньку. Дама скучает…
— Миша, давай позволим гражданину Гусинскому сбросить нервное напряжение…
— Что-о-о-о-о-о???
— Миша, ты меня неправильно понял. Я готова ему только немного помочь…
— Маша, что делают на Кавказе с неверной женщиной, а? В лучшем для неё случае, закапывают живой под землю. А что делают с похотливым мужиком, а? Засовывают в клетку и отрезают хуй по кусочку маникюрными ножницами…
— Батоно Мундирашвили, вы сейчас не на своей варварской исторической Родине. Вы, к вашему сведению, находитесь в лоне цивилизации, здесь уже лет десять, как орудуют дубиной свобода и демократия - достаточный срок, чтобы спрыгнуть с вашего гнилого виноградника и пройтись на двух ногах с гордо поднятой головой. Впрочем, ваша голова всегда смотрит в землю. Надеюсь, все понимают, о какой голове идёт речь.
— Константин, я всегда полагал, что в твоём окружении самым большим хамом является дипломированный порнограф Матвеев. Сейчас же в моих глазах он выглядит куртуазным маньеристом. Естественно, в сравнении с выпускником прославленного Вагановского училища.
— Миша, когда Гусинский размышляет о смысле жизни, он, увы, позволяет себе некоторые вольности, которые, впрочем, с лихвой окупаются свежестью и оригинальностью мысли.
— Ты называешь свежестью эту давным-давно протухшую воблу?
— Миша, мне не терпится начать репетицию эротической сцены!
— Машенька, немедленно начинаем. Только выдворим отсюда хама. Кстати, должен заметить, что он отнюдь не случайно был востребован отечественным кинематографом исключительно в качестве пидараса…
— Да, я - мученик Мельпомены! Я - великий святой мирового кинематографа! Меня при жизни канонизировали, как невинно пострадавшего за блудодейство и хождение за иной плотью.
— Говорите прямо: за содомский грех! «И пролил господь на Содом и Гоморру дождём серу и огонь от господа с неба».
— Мне, мученику, объятому «плащом из языков пламени», дано узреть лик Божий. Это так, к сведению. Но на вас господь пролил бы только ведро помоев!
— У меня на съёмочной площадке одновременно присутствуют до пятидесяти сумасшедших. Я достаточно опытный диагност!
— В ответ на ваши прозрачные намёки я сейчас сниму штаны…
— Меня и этим не удивишь. Более того, я и сам могу много чего показать!
— Я сниму штаны вовсе не для того, чтобы устроить вам, батоно Мундирашвили, Марсово поле - и не надейтесь! Я понял, что вы на самом деле только этого и ждёте, а Машеньку привели исключительно для отвода глаз.
— Для отвода глаз?
— Знаю я вас, горцев Кавказа! Сегодня трахаете овечек, а завтра - пастухов!
— Он оскорбил горцев Кавказа!!! Он оскорбил…Вендетта…
— Так вот, я уже снимаю штаны и показываю вам…
— Того, что вытворяет этот хуесос, я не видел со времён своей творческой работы на киностудии «Грузия-фильм»…
— Итак, я уже вытащил член.
— Машенька, не пугайся.
— А я не боюсь щекотки.
— Она не боится щекотки! Замечательно! Я прикасаюсь своим членом к её пухлой заднице. Смотри, батоно, пошла эротика, которая тебе и не снилась. Штаны уже мокрые?
— У нас на киностудии «Грузия-фильм» был режиссёр Баблуани. Он ходил по павильонам с двумя пистолетами. Если его что-нибудь раздражало, он делал предупредительный выстрел в воздух. Если не помогало - стрелял на поражение.
— Баблуани? Не слыхал… Мой член уже у неё внутри. Можете заказывать позы. Изысканное меню из «Кама Сутры».
— А тебя как зовут?
- Меня зовут дядя Володя. Владимир Юрьевич Гусинский. А тебя зовут Машенька?
— Машенька.
— Ну вот и познакомились.

68

Позвонил артист Шмелькин.

— Я решил не иметь никаких дел с продюсером Исмаил-заде. Во-первых, мне не по карману покупка факса. А во-вторых, отошлю я ему свой сценарий, а он его ничтоже сумняшеся спиздит…
— В этом даже и не сомневайся. Всё современное искусство - сплошной пиздёж!
— Стоит ли после всего этого творить? Будешь днями и ночами ломать свою больную голову - исходить рифмами, а в итоге у тебя всё спиздят. Ты как к этому относишься, Константин?
— Ломать надо не голову, а целку. Тогда всё станет на свои места, обретёт глубокий философский смысл.
— Только что показывали по телевидению фильм об адмирале Нельсоне. Какая пошлость: в сцене похорон адмирала звучала ре-минорная токката Баха. Я вспоминаю, Константин, как ты гениально использовал эту музыку в своей экранизации «Лолиты».
— Не убавить, не прибавить - классика! Я, в образе самого себя, с остервенением оттаскиваю старикашку Гумберта от обнажённой Лолиты.
— Конфликт тем самым приобретает более глубокий - полифонический характер.
— Как музыка великого Баха! Становится ясно, что не только Гумберт, но и сам режиссёр-постановщик картины имеет виды на бедняжку Лолиту. Кто из двух претендентов возьмёт верх в смертельной схватке двух сексуальных маньяков?
— Ты пошёл дальше Набокова. Объединил художественный вымысел с реальной еблей. Ты ведь, насколько мне известно, страстно мечтал оприходовать Лолиту.
— Не то слово! Я чуть не задушил этого задрипанного Гумберта своими руками. Как он похабно лапал мою малышку...
— Но она всё-таки тебе не отдалась?
— Юрик, моя репутация не даёт мне возможности ответить с предельной откровенностью на дипломатично поставленный вопрос.
— Спасибо, Константин. Ты ответил честно. Как настоящий друг.

69

Пришел порнограф Матвеев.

— Мне тут недавно звонил блаженный Трипалкин. И знаете, что он мне сказал?
— Как обычно: «Достаю член!»?
— А вот и нет. Он сказал: «Меня терроризирует Миша Мундирашвили. Регулярно звонит мне по три раза в день - вечером, ночью и на рассвете. И всегда с одним и тем же идиотским вопросом…»
— Дрочишь?
— Типа того. Точнее, не просто «дрочишь?», а – «Регулярно ли дрочишь?»
— Не знаю, как блаженный Трипалкин, а уж по части регулярной суходручки вы, уважаемый дипломированный порнограф, большой специалист. Можно сказать, собаку съели…
— Дерьмом, знаете ли, питаться как-то не привык… Так вот, ваш приятель Миша Мундирашвили задает блаженному Трипалкину этот самый вопрос на протяжении последних трех месяцев по три раза в сутки. И знаете, до чего он Трипалкина довел?
— Об этом весь город знает. До изнасилования на целебной печке!
— Неприятно поражен вашей осведомленностью… Обычно всё про сексуальные перверсии вашего окружения знаю только я. Профессия обязывает, так сказать.
— Вы, как всегда, с новостями не первой свежести. Вот если бы вы сообщили мне последние события со съёмочной площадки, я бы сказал: «Да, этот дипломированный порнограф - крутой чувак! У него есть яйца! У него даже есть хуй, который время от времени встаёт…» А так… Извините…
— Не за что, милейший. Общеизвестно, что все новости со съемочной площадки, которыми вы так тщательно гордитесь, состоят только и исключительно в том, кто кого хотел выебать, но не смог. Потому что у вас на съемках никто никого не ебет. Это - медицинский факт!
— Вы, господин Матвеев, опошлите даже такие святые для каждого из нас понятия, как чистое искусство и половая потенция.
— Ой, да бросьте вы… Вот у Миши Мундирашвили на съемках действительно: все ебут всех! То есть, конкретно: сам Миша регулярно харит в жопу блаженного Трипалкина, тот, в свою очередь, дерет каких-то мишиных фотоблядей, а всех их вместе - Мишу, блядей и Трипалкина - без устали шпарит какой-то шотландский армянин с невъебенным именем Улиссадебе… Вот это размах так размах!
— А чего вы так распетушились. Он ведь и вас, говорят, куда-то там по-шотландски…из-под юбки…
— Пардон???
— Гондон!!!
— Так о чем это я?.. Ах, да! О творческих методах работы с актерами режиссера Миши Мундирашвили. Вы, кстати, читали его последнее интервью?
— Не заговаривайте мне зубы вашей псевдобеллетристической белибердой.
— Я вообще-то не стоматолог… Так вот, на вопрос репортеришки «А как вы относитесь к своим актерам?» Миша Мундирашвили однозначно заявил: «Я их всех ненавижу!». Убежден: на самом деле он сказал не «ненавижу», а – «в жопу ебу». Но по цензурным соображениям… сами понимаете…
— Уважаемый эксклюзивный обладатель дипломированной мандавошки, я, как вы знаете, дома сижу и с коллегами по кинематографическому цеху практически не сношаюсь, а вот вы, дорогой, наверняка счёт потеряли, сколько раз вам приходилось бегать за вазелином…
— Случалось, что и бегал - для вашего любимого партнера, отставного балетмейстера … как бишь теперь его кличут, запамятовал… Ну, так и что с того?
— А ничего… Я разве вас в этом упрекаю… С вами, господин порнограф, совершенно невозможно интеллектуально попиздеть об искусстве. У вас на уме сплошное незамысловатое блядство…
— Протестую решительно! Блядство у меня на уме - всегда! - замысловатое! Что же касается вашего намерения, как вы сами выражаетесь, «попиздеть»… Сказано в Писании: «Не пиздите - да не пиздимы будете!». Ха-ха-ха!… Это у меня юмор такой, понимать надо…
— В Писании также сказано: «Выебут тебя, мудака, в пизду - подставляй жопу!» Вы что предпочитаете подставлять?
— То, чего у меня нету! А у меня, если, опять же, верить вам на слово, нет ни того, ни другого…
— Скучно с вами - с малоимущими. Этого нет, того нет. Хоть что-нибудь у вас есть? Например, в мозгах???
— Где-где?
— Ждёте, что я скажу «в пизде»? Таки не дождётесь!
— Так-таки и не дождусь?
— Ну, почему, господин порнограф, вам доставляет удовольствие всякое низкопробное говнохуйство. В этом мире так много высокого и прекрасного!!!
— Целиком и полностью согласен. Дело, любезнейший, однако же, состоит в том, что у каждого из нас это «высокое» и «прекрасное» - своё. У меня, например, это - моя несгибаемая 18-сантиметровая эрекция. А вот у вас, простите…
— У меня?.. Кстати, у вас не барахлит рулетка?
— Барахлит - что?
— Вы, оказывается, не только слепой, но и глухой…
— Щас я вам, милейший, популярно, бля, объясню, какой я есть на самом деле… Так… что это? А-а, это мне опять какую-то хуйню на пейджер скинули… Глянем, чего там… Так, милейший, вынужден прекратить изрядно утомившее меня общение с вами. Меня срочно требует к себе прожженная девственница Лолита. Ума не приложу, чего ей от меня понадобилось… Кстати: у вас лишнего презерватива не найдется? Можно даже и стиранного…

70

Позвонил Миша Мундирашвили.

— Вся мировая литература, начиная с титанов античности и кончая современными говнюками, уделяла непомерно завышенное внимание душе - субстанции, которую никто никогда в глаза не видел и даже руками не потрогал - совершенно незаслуженно обойдя роль полового члена, как великого созидающего начала.
— Это самое созидающее начало вам, надеюсь, удалось изрядно потрогать руками.
— Что было, то было! У меня есть Верная рука и мой Друг индейцев. Больше мне ничего не надо…
— Только что порнограф Матвеев отправился к малютке Лолите со стиранным гондоном из моей эксклюзивной коллекции.
— Ну и где здесь душа? Всё притянуто за уши…
— Но согласитесь, коллега, ведь и полового члена тут нет и в помине!
— Бесспорно! Впрочем, порнограф Матвеев - это какая-то непостижимая аномалия…
— Тем самым, представляющая для серьёзного, подлинно глубокого искусствоведения несомненный академический интерес.
— В кунсткамеру! Вместе с пидарасом Гусинским.
— Вы не боитесь, коллега, остаться в одиночестве? Все заспиртованы в кунсткамере, один Миша Мундирашвили попивает утренний кофе, просматривая “Деловой Петербург ”.
— Может быть, тогда моя душа обрела бы необходимую гармонию.
— А половой член?
— Нет такой пизды, которая утолила бы мой либидонозный голод.

71

Позвонил Ромочка Трипалкин.

— Меня домогается женщина.
— Какой ты счастливый человек!
— Она звонит мне каждую ночь.
— Как это романтично!
— Я даже с ней не знаком.
— Откуда же она знает твой телефон?
— Ума не приложу. Она сказала, что я сам дал ей номер пару месяцев назад, когда она, якобы, покупала у меня билеты в театр. Я спросил, в какой театр. Она сказала, что не помнит.
— Странная забывчивость. Может быть, она преклонного возраста?
— Ей скоро исполнится 22.
— Чего же она от тебя хочет?
— Она говорит, что всё время представляет, как мой член находится у неё во рту.
— Боже мой, она, наверное, даже не обедает…
— Она говорит: «Я представляю, как твой член трепыхается у меня за щекой».
— Может быть, у неё свинка?
— Не знаю, что и подумать. Она постоянно спрашивает: «У тебя член какого размера?» Я говорю: «Естественно, большого!» Она говорит (как Альберт Эйнштейн): «Большого размера - понятие относительное! Сколько сантиметров?» Я говорю: «Точно не помню - сейчас поблизости отсутствует линейка. Но знаю доподлинно, что у меня на восемь с половиной сантиметров больше, чем у Миши Мундирашвили!» Она говорит: «Серьёзная рекомендация! А кто он такой?» Я говорю: «Он режиссирует мелодрамы со счастливым концом». Она говорит: «Роман Эмильевич, вы меня сильно возбудили, давайте займёмся любовью. И поскорее!» Не отходя от телефона, она расписала мне своё пламенное возбуждение во всех интимных подробностях. А потом спросила, присутствуют ли у меня cхожие ощущения. Я ответил, что, по-видимому, у меня не такая богатая фантазия. Тогда она принялась по порядку перечислять все возможные сексуальные позы, а я должен был тут же сообщать ей, что я чувствую.
— Какая женщина!
— Она любит спектакли Виктюка и философа Шопенгауэра.
— Ромочка, пидарас Гусинский на твоём месте давно бы женился - такая матёрая интеллектуалка!
— У неё дурная наследственность: бабушка и два дяди-философа сошли с ума. Кроме того, она страдает приступами необъяснимых страхов.
— Ужас перед возможной эпидемией холеры, случайно, не заставил её покинуть Берлин?
— Откуда тебе это известно? Она даже сбежала с Пряжки…
— … и написала трактат «Об основах морали».
— Кстати, её фамилия Скворцова… Нет, Степанова… Короче, не помню.
— Обе фамилиии ей подходят. Сердце её свободно?
— Она недавно была замужем. Банальный развод. Муж оказался педерастом.
— Как в наше время надо быть осторожным!
— Она мне сказала: «Я сосу его член и вдруг отчётливо вижу, что час назад эта здоровенная елда побывала в чьей-то грязной жопе!»
— Ромочка, извини, я должен принять валериановые капли.

72

Пришёл Женя Волков.

— Константин, займи меня в новом фильме. Хочу как-то применить свои таланты. Я уже опустошил все окрестные пивные ларьки. Меня наконец-то уволили с должности завскладом музыкальных инструментов. Я продал все скрипки и контрабасы - симфонический оркестр распущен. Душа жаждет художественного творчества. В моей докторской диссертации «Основные направления распространения чумы в спальных районах» есть превосходные литературные эскапады в стиле Камю. Я мог бы даже на научной основе написать сценарий, как уберечься от смертоносных бактерий без помощи противогаза. Отдельная глава будет посвящена мышам и грызунам. Константин, хочешь, я тебя привлеку в соавторы - гонорар пополам!
— Женечка, ты же знаешь, я по уши завяз в мелодраме со счастливым концом - повести о разнополой всепоглощающей любви. Основная идея, прямо скажем, не нова: что такое любовь? Души банальные порывы или энергетический кризис внутри человеческого организма?
— Константин, к твоему сведению, краеугольная проблема человечества на современном этапе связана с разрушением озонового слоя в атмосфере и с эпидемией СПИДа. Вторую проблему я для себя решил.
— Внутри нашего организма существует огромная энергетическая потребность. Любовь - есть ничто иное, как более или менее удачная попытка заполнения энергетического вакуума.
— Я хочу запатентовать идею: выкачивают из больного СПИДом всю кровь, очищают, а потом закачивают обратно. По-моему, всё элементарно!
— Вампир не может жить без свежей человечьей крови. Млекопитающие же промышляют чужой энергией. Следовательно, объект любви - это всего-навсего наиболее подходящий (или, если хотите, вкусный) для нас энергетический донор.
— Почему я торгую в ларьке? Потому что наука в её теперешнем состоянии находится на грани маразма.
— Почему часто наступает такой момент, когда любовь проходит? Это просто энергетическое перенасыщение друг другом. Ничего более. Что делать? Необходимо искусственное или естественное разъединение двух индивидов - достаточно длительное, чтобы снова возникло чувство энергетического голода.
— Лучшие научные кадры разбежались, как у меня однажды подопытные крысы. Я их, правда, успел заразить чумой…
— Я не хочу бросить тень обыденной науки на такие святые для каждого из нас романтические понятия, как «Я помню чудное мгновенье», «Мне нравится, что вы больны не мной», «Ты меня не любишь, не жалеешь». Но, увы, все высоты поэтического вдохновения имеют вполне логичные объяснения на уровне энергетического дисбаланса…
— Рекомендую в каждом доме держать по две-три голодные кошки.

73

Пришла скрипачка Ванесса.

— Не хотите ли предаться чарующим звукам «Элегии» Массне?
— О, Ванесса! Ты же знаешь мою маленькую послеобеденную слабость. О, какая музыка! Мистическая! Страстная! Проникающая в самые потаённые уголки нашего дремучего подсознания…
— Прекрасный вечер.
— Романтика, почти готическая. Ужин при свечах в сталинской пятиэтажке.
— В такие тихие вечера хочется музицировать…
— И предаваться воспоминаниям…
— Однажды, после концерта, я шла по Кронверкской улице. Моросил дождь. Я уж собралась было зонтик открыть, как рядом со мной остановилась машина. Из неё вылезли двое мужчин, представились бизнесменами и попросили у меня денег взаймы. Я сказала, что денег у меня с собой немного. Они спросили, а где у меня их много. Я сказала, что в квартире. Они сказали: давай ключ. Усадили меня в машину и попросили показать дорогу. Я спросила, зачем им мои деньги, если они работают бизнесменами. Они сказали, что им не хватает на покупку велосипеда. У меня дома они съели всё, что было в холодильнике, потом мы позанимались оральным сексом а, уходя, они прихватили японский видик. Они сказали, что посмотрят мои концертные музицирования, а потом вернут. Я говорю, а по какому адресу мне забрать видик. Они посовещались и говорят: «Поедешь с нами!» Приехали к ним на квартиру, стали снова заниматься оральным сексом. Утомились, и мой концерт камерной музыки им смотреть было уже не в кайф. Я хотела забрать видик и уйти, но они говорят, оставь, мол, мы без тебя посмотрим, заберёшь завтра… На следующий день прихожу, никаких бизнесменов нету, а вместо них сидит толпа разнополых гопников: курят, пьют, ругаются. Я говорю: «Отдайте мой видик!» А они надо мной смеются и издеваются. Стали меня выгонять грубо. Я сначала хотела просто уйти - но вдруг меня словно осенило! Будто озарение снизошло! Я говорю: «Сейчас вы мне мой видик отдадите!» Они кричат: «Пошла отсюда вон!» и так далее. Я говорю: «Отдадите - и всё! Я вам сейчас что-то покажу, вы такого никогда в жизни не видели». Они говорят: «Шла бы ты отсюда, у таких, как ты, мы уже всё видели». Я говорю: «Пойдёте за мной, покажу, где клад зарыт»… На кладбище было тихо и страшно. Луна освещала могильные кресты. Только-только наступила полночь. Одно хорошо, что всё-таки май месяц - не очень холодно. Я разделась. И в голом виде сыграла им «Элегию» Массне. Из могил стали появляться композиторы: Римский-Корсаков, Мусоргский, Даргомыжский, Бородин…Они сильно возбудились, но вели себя по джентльменски, грубо не приставали. За это я сыграла им «на бис» «Ночь на Лысой горе»… Кстати, видик мне сразу вернули, без базара. С тех пор все меня называют Ванесса Май.

74

Позвонил порнограф Матвеев.

— Милейший! Какой, бля, облом!
— Что случилось?
— Как что! Она - не девственница никакая! У меня просто нет слов…
— Так ведь ничего другого у вас тоже нет!!!
— А это уж не вам решать! Если мне приспичит публично объявить о том, чего у меня нет, я уж как-нибудь обойдусь без вашего авторитетного мнения!
— Вы мне, бля, зубы-то не заговаривайте. Каким местом, простите, вы определили, что малютка Лолита, увы, не девственница, а?
— Я уже вам как-то говорил, что я, бля, не стоматолог. Что же касается любезной вашему сердцу малютки, то определил я это букально - тем самым местом, которым это и определяется. И которым вы сами этого определить никак не можете.
— Я знаю, что вы не стоматолог. Так ведь вы и не гинеколог…
— Истинная правда. Так вот, как только я выяснил, что она - того, не целка, то, ясное дело, сразу спросил: «Кто?!». Она, конечно, никак не признается. Ясное дело… Но я ее все ж таки расколол.
— Позвольте-позвольте. Ещё месяц назад вы, так сказать, с пеной у рта доказывали Мише Мундирашвили, что малютка Лолита почти стопроцентная девственница, и по слухам Миша, как аргумент, вытащил из штанов кинжал. Насколько я проинформирован, дело закончилось групповухой… Сегодня же вы утверждаете прямо противоположное. Пора бы уже стать серьёзным, отвечающим за свои слова, порнографом!
— Не знаю уж, чего там вытащил из штанов ваш приятель Миша Дебила… э-э… швили, я при этом не присутствовал. Но, как бы то ни было, он тут ни при чем. Знаете, кто это сделал? Женечка Волков! Кто бы только мог подумать… Кстати, вы не знаете, где он сейчас может быть?
— Где-где? Разумеется, в гостеприимной каморке милейшего Константина. Женечка, как ты посмел осквернить малютку?
— А-а! Так вот он где! Как это я сразу не догадался… Небось, строчите очередную грязную писанину - смакуете историческое событие?
— Для Женечки никакое это не событие - так, глоток «Пепси Колы». В Арабских Эмиратах он за одну ночь оприходовал два гарема, после чего, даже не передохнув, продолжил преследование Усамы бен Ладена, причём с удвоенной эрекцией…
— Мне всегда казалось, что Женечка - самый страшный ёбарь-террорист из всего вашего окружения, милейший.
— Женечка - самый страшный ёбарь-антитеррорист. Не путайтесь в политической терминологии!
— С удовольствием вспоминаю, как элегантно он оприходовал в джакузи незабвенную порнозвезду Сарру Капур. Почту за честь пожать ему руку.
— Сарра Капур? На что вы, простите, с такой безответственностью намекаете?
— Как на что?! Ясное дело - на то, что если бы Женечка не имел её с яростью блаженного Трипалкина (который берет за аналогичные мероприятия не меньше, чем 500 долларов), то она бы никаким арканом его с собой в Париж не затащила…
— Какая у вас поразительная лёгкость в мыслях, граничащая с размягчением мозгов! Вместо того чтобы поднять их отношения на заоблачные романтические высоты, вы втаптываете большую и красивую любовь в пошлую порнографическую грязь. Стыдитесь!
— Позвольте полюбопытствовать, с какого это хера я должен чего-то там поднимать на… куда это вы сказали? А-а, на заоблачные романтические высоты! Не забывайте, милейший, с кем беседуете! Такого морально-нравственного урода, как я, никто еще никогда к таким вещам не призывал… И не забывайте мой основной идеологический принцип: «Жизнь коротка - порнография бессмертна!».
— Я призываю вас вспомнить об общечеловеческих, мать твою, ценностях.
— Во-первых, не «твою», а – «вашу». А во-вторых, некогда мне тут с вами дальше, бля, дискутировать. Сейчас вот надую ваш презент, перевяжу веревочкой - и всучу милейшей малютке на длинную, твердую и, главное, хорошо эрегированную память. Надеюсь, будет трепетно хранить до самого климакса… Позвольте откланяться. Меня ждут актрисы из вашей съемочной группы. Ха-ха-ха!!!

75

Пришёл Женя Волков.

— Я опять влюблён. Влюблён, как безусый юнец!
— Женечка, ты же серьёзный человек.
— Моё сердце стучит, как стажёр Комитета государственной безопасности!
— Она работает на ЦРУ?
— Военные тайны я разглашаю только в нетрезвом виде!
— То есть практически непрерывно.
— Константин, я влюблён. Она - студентка Университета. Отличница. Спортсменка. Комсомолка. В свободное время подрабатывает проституцией. Но для меня это не имеет никакого полового значения. Она хочет, чтобы я обеспечил ей прожиточный минимум в 750 баксов в месяц. Сегодня я открываю бензоколонку. Два ведра нефти у меня уже есть.
— А у меня припрятаны две бутылки водки!
— Константин! Немедленно разливай!!! Открытие бензоколонки сегодня не состоится…

 

76

Пришла Вера.

— Я вас боюсь. У вас сомнительная репутация.
— Чего ж тогда пришли, а?
— Любопытство.
— Вы знаете, сколько девушек из простого любопытства расстались с не отягощавшей их невинностью?
— Я по этому поводу уже не беспокоюсь.
— Значит, мы можем приступать!
— К чему?
— К репетиции, разумеется.
— Что я должна делать?
— Надевайте восточное платье. И исполняйте танец живота.
— Это всё?
— Нет. Теперь в постель!
— В постель? Сразу бы так и сказали. А то: «Танец живота! Танец живота…»
— Примитивно мыслите. Нет ничего более необходимого, чем правильное соблюдение ритуала, иными словами, последовательности событий. Какая, скажите на милость, может быть эффективность репетиционного процесса, если начинать его непосредственно в постели. Заканчивать - обязательно! Но начинать… Дурной тон! Я - за цивилизованные нормы поведения! Ты легла?

77

Позвонил Ромочка Трипалкин.

— Порнограф Матвеев жив?
— Живее всех живых.
— Его разыскивает Миша Мундирашвили. Он сказал: «Я ударю его кулаком в живот. Он сразу обосрётся. А потом я заставлю его съесть собственное дерьмо!»
— Это уже было в фильме Пьера-Паоло Пазолини. Миша, как всегда, повторяется. У Пазолини говно стало великой трагедией, у Мундирашвили трагедия превращается в говно…
— Я говорю тебе не о сюжете Мишиного фильма. Он хочет порнографа реально накормить дерьмом!
— Пусть купит на вокзале пирожки.
— Дело серьёзное - Мундирашвили нанял грузинских киллеров.
— Грузинских??? Тогда за жизнь порнографа можно не волноваться. Они наверняка по ошибке замочат кого-нибудь другого. Кстати, а что такого страшного натворил дипломированный пиздолиз?
— Этого никто точно не знает. Есть версия, что в приватной беседе он назвал Мишу идиотом.
— Если так, то полгорода должны жрать говно! Не хотел бы я оказаться на месте грузинских киллеров - ну и работёнка им предстоит…
— Тебя, Константин, он, похоже, пока не тронет - ты ещё должен у него в фильме сняться. А вот я уже своё отыграл - где гарантия, что сегодня-завтра за мной не придут?
— Есть спасительная идея. Звони ему раз по пять на день и говори: «Миша, я тебя люблю! Приезжай ко мне в Кронштадт на лечебную печку!»
— Как ты думаешь, он это правильно воспримет?
— Старик, лучше объясняться в любви к Мише Мундирашвили - музыканту, философу и интеллектуалу, чем к кровожадным грузинским киллерам, не имеющим даже начального представления о среднем образовании.

78

Позвонил Миша Мундирашвили.

— Скажи мне, Константин, только честно, Миша Мундирашвили - плохой человек? Скажи, Миша всех ебёт в сраку?
— Боже упаси, ты - нравственный пример для целого поколения! Образец сексуальной веротерпимости!
— Какого ж хуя порнограф Матвеев распускает свой вонючий язык? Где ему место, я тебе скажу - в пизде! Но ему никто не даст!!!
— Зато как нам с тобой дают!!!
— О! Таким орлам не смогла бы отказать даже пресвятая дева Мария! Константин, я не жадный человек - всегда готов поделиться. Звонит мне вчера Наденька. Студентка вечерних факультетов. Негде переночевать. Я лично взял её за руку и отвёл к Улиссадебе.
— К дикому азеру?
— Прямо на квартиру привёл. Можно сказать, на хуй посадил. Презентовал коньяк и курицу.
— Миша, это благородно и интеллигентно.
— Достойно древних!
— Святых праотцов!
— Улиссадебе выдул мой коньяк, сожрал мою курицу, выебал мою Наденьку, а я, как обычно, побрёл домой один, ночью, под тихим влажным снегопадом, напевая музыку Шуберта… Сегодня еду в гости к Трипалкину. Зайду в химчистку.
— Ты ничего не перепутал? Химчисткой заведует балетмейстер Гусинский.
— Я еду к Трипалкину в Кронштадт. Там химчисткой заведует молодая грузинка. Трипалкин нас уже заочно познакомил. Чтобы не выглядеть сексуально назойливым, я прихвачу с собой грязные носки, якобы, постирать.
— Хитрый обходной манёвр!
— У нас, кавказских горных орлов, мозги работают в правильном направлении.

79

Позвонил Ромочка Трипалкин.

— У меня сегодня в гостях был Миша Мундирашвили. Я его встретил на остановке, и он сразу закричал: «Идём в химчистку. Срочно хочу кого-нибудь выебать!» Я ему говорю: «Миша, не кричи, меня здесь все знают!» Он говорит: «Ты здесь можешь быть известен только как членосос! Больше ты ничего делать не умеешь, да и то, убеждён, хуй ты сосёшь неважно. Пошли в химчистку, показывай свою грузинку, сейчас я ей засажу, всю дорогу представлял, как я ей вколачиваю своего Друга индейцев, веди меня быстрее в химчистку, не могу больше ждать, яйца чешутся…» Так он всю дорогу до химчистки кричал - все прохожие на него пялились и даже из окон на него смотрели, как на сумасшедшего. Наконец, пришли в химчистку, я подумал, ну, всё, слава Богу, умаслил шефа, подложил под него бабу кавказской национальности, может, теперь сменит гнев на милость. Уже через две минуты он выбежал из химчистки и набросился на меня с кулаками: «Ты, Трипалкин, совсем охуел! Кого ты мне подсунул, а? Что за старая облезлая крыса???» Я говорю: «Как ты просил! Твоей национальности и конфессии!» Он заорал: «Моей, блядь, конфессии её уже сто лет никто не ебёт! Ты знаешь, я люблю длинноногих баб и толстожопых. Запомни, Трипалкин, в своей дурацкой башке и заруби на своём горбатом носу - ТОЛСТОЖОПЫХ! А что ты мне подсунул? Метр сорок… И без жопы!» Так он орал, Константин, на весь остров Кронштадт. Я понимаю, конечно, что качество бабы - вещь субъективная, но рост всё-таки можно измерить объективно. Она явно будет за метр пятьдесят. По-моему, Константин, она с тебя ростом. Я Мише так и сказал: «Насчёт жопы спорить не буду, а вот по поводу роста не соглашусь. Кажется, она будет вровень с Константином». Знаешь, что он на это сказал? Он сказал: «А я Константина сегодня и не собирался в сраку иметь, ты мне бабу обещал, понимаешь, БАБУ, а не уёбище!» Потом он повёл меня в магазин собачьих принадлежностей, купил ошейник и намордник, надел их на меня и прошёл так со мной до самого моего дома. Константин, мне стыдно, я - человек на острове известный, я торгую театральными билетами, меня замглавы администрации района называет по имени-отчеству, я повышаю культурный уровень островитян - мне неловко ходить на поводке в наморднике. Дома я приготовил обед: солянку, котлеты с макаронами и компот. Он от приглашения к столу отказался, заявил, что у меня вонючая кошка. Никакая она не вонючая! Обыкновенная кошка. У меня в Кронштадте много гостей уже перебывало, приезжали даже самые примитивные гопники, но никто так себя не вёл…

80

Пришёл балетмейстер Гусинский.

— Я сегодня выиграл суд у отдела по борьбе с бандитизмом и организованной преступностью в сфере макроэкономики. Месяц назад моя химчистка была окружена спецназом. Я спрятался в стиральной машине, а приёмщица залезла в бочку с химикалиями. Ближе к полуночи при массированной поддержке танков и артиллерии начался штурм. Мы держали оборону до утра, а потом уснули. Перед сном я успел сзади поиметь приёмщицу. Это последнее, что я помню - через окно в мою химчистку влетела крылатая ракета… Мне было предъявлено обвинение в отсутствие аннотаций на языке коренного населения. Сегодня состоялся суд. Приёмщица засвидетельствовала, что каждому посетителю химчистки она давала подробные устные аннотации на родном для клиента языке. Представитель борьбы с бандитизмом выразил протест, мол, устные аннотации могут содержать излишне эмоциональные, иными словами - субъективные, оценки качества предоставляемых услуг. В перерыве судебного заседания я направился в туалет. Над засранным унитазом кто-то нацарапал латинское «Hominem ex operibus eius cognoscere» («Человека судят по его делам»). Пришлось прямо в кабинке отодрать приёмщицу, после чего она сообщила суду, что имеет диплом филолога (копия прилагается) и лучше любого мента-лимитчика способна различать семантические оттенки прейскуранта. Присяжные меня оправдали…
— Поздравляю. Это большая победа здравого смысла.
— Как дела на съёмках у Миши Мундирашвили?
— Грузинские киллеры ловят дипломированного порнографа.
— Занимательный поворот сюжета. Миша перешёл на третьесортные триллеры?
— Грузинские киллеры наняты Мишей Мундирашвили, чтобы жестоко замочить порнографа.
— Режиссёришка, как всегда, не в состоянии придумать что-либо оригинальное. Я усну на премьере этого убогонького саспенса.
— До премьеры порнограф скорее всего не дотянет.
— А что с ним? Передрочил?
— За ним охотятся элитные грузинские киллеры.
— Это я уже слышал. Повторяю: сюжет слабенький, вторичный, впрочем, достойный такого малозначительного режиссёришки, как М. Мундирашвили.
— Порнограф на волоске от реальной смерти!
— Не понимаю. Твердишь всё время одно и тоже. Давненько не слыхал столь откровенной банальщины.
— Порнограф скрывается в массажных салонах.
— Типичный Тинто Брасс… Как низко пал грузинский арт-хаус.

81

Позвонил Миша Мундирашвили.

— Доброе утро, Константин. Ты мне сегодня снился.
— Надеюсь, сон не был эротическим?
— Что ты! Сон воспевал настоящую мужскую дружбу.
— Слава Богу!
— Константин, у тебя случайно в гостях сейчас нет ли порнографа Матвеева?
— К счастью, нет.
— Куда-то он в последнее время запропастился. Так иной раз приятно с ним побеседовать о культуре высокого блядства…
— И не говори! Такое иной раз ляпнет, что хоть святых выноси…
— Я, понимаешь, почти соскучился. Дай, думаю, позвоню Константину, вдруг у него сейчас завтракает порнограф…
— Странно слышать такое предположение.
— А где он обычно завтракает?
— Обычно там же, где и обедает…
— Ну?
— Чего - ну?
— Где он привык обедать?
— Он привык обедать там же, где он привык ужинать!
— Ага… И где же?
— Что по этому поводу думает блаженный Трипалкин?
— Ему нечем думать!
— А Женечка Волков?
— В запое!
— Архитектор Палачёв?
— На запросы не отвечает. Всё время кого-то ебёт…
— Может, спросить у азера?
— Я с ним в конфликте. Помнишь, я презентовал ему вечернюю студентку Наденьку? Он её уже выгнал! Она ему слегка поцарапала член - делала минет зубами. Он мне позвонил в гневе: «Что это за блядская мода - делать минет передними зубами? Пришлось её наказать - дважды выебал в жопу, применив насилие! Утром выгнал!!!»
— Насколько я понимаю, тебе нужен порнограф Матвеев, чтобы с ним поужинать…
— Нет, тут ко мне по случаю приехала группа товарищей из Грузии - мечтают познакомиться с живым порнографом. Или с мёртвым…Шутка!
— Не группа ли это элитных киллеров?
— Это люди разных творческих профессий, но иногда они подрабатывают на стороне…
— Они «за дорого» подрабатывают?
— Это работники очень высокой квалификации. И вознаграждается их труд соответственно.
— Правильно ли я могу судить, что работу они пока не выполнили?
— Сукин сын сбежал. Впрочем, далеко не уйдёт…
— Как знать…Хочешь я тебе порекомендую подлинного профессионала?
— Кличка?
— Балетмейстер.
— Тот самый? «Чёрный балетмейстер»? О нём же ходят легенды! Если ему заказывают одного, за те же деньги убирает ещё девять.
— Именно! Мой хороший приятель. Мы с ним по субботам играем в дурака. В подкидного.
— Константин, будь любезен, свяжи меня с этим легендарным балетмейстером. Я тебе за это сделаю золотой минет.
— Спасибо, друг. У тебя острые передние зубы?

82

Позвонил Ромочка Трипалкин.

- Ещё до того, как я стал распространять театральные билеты, в моей жизни была значительная веха, связанная с куплей-продажей эзотерической литературы. Я поднаторел в знаках зодиака, расположении планет, освоил даже Кама-Сутру (больше, правда, в теории – в то время меня почему-то редко тянуло на живую бабу). Однажды ко мне в отдел пришёл один шизофреник. Он учился в аспирантуре. Ему нужны были книги по философии. Мы стали ходить друг к другу в гости. Он мне как-то сказал: «Ромочка, меня совершенно не интересуют девушки». «Это довольно распространённое явление в мировой практике, - успокоил я его, - Тебя, наверное, интересуют мальчики». «Нет! Совершенно не интересуют!» «И такое случается, - заметил я философски, - Тебя, по-видимому, больше увлекает Ницше». «Нет! Я люблю животных! У меня дома когда-то жили кошка и два кота. Так вот, коты сбежали…» «Объясни, пожалуйста, почему от тебя сбежали коты?» «Мне даже стыдно об этом кому-нибудь говорить». «Я никому не скажу!» «Дай мне честное слово!» «Даю!» «Ну, слушай. Я видел, как они занимались гомосексуализмом». «Кто?» «Коты.» «Вот это да… Ну так и что дальше?» «Ничего». «А почему же они от тебя сбежали?» «Не знаю». Вот такой он был странный человек. Родители очень хотели его женить. Всякими способами пытались обратить его внимание на женский пол. Безрезультатно. Даже принесли домой кассету с порнофильмом «Красная шапочка» и подбросили ему в комнату. Он даже не стал смотреть… Пришёл я как-то раз к нему в гости, спрашиваю: «Это что у тебя за кассета?» Он говорит: «Это смотреть нельзя!» «Почему нельзя?» «Это секретные материалы». «Какие ещё секретные материалы?» «Тебе об этом знать не положено». «Почему?» «Я сказал: нельзя!» «Разреши мне посмотреть хотя бы одну секунду». «Не разрешаю». «Я никому не расскажу». «Нет!!!» Разумеется, я у него эту кассету спёр. Пришёл домой, оттянулся: волк ебёт Красную шапочку, медведь - семерых козлят, короче, «секретные материалы»… Он мне звонит: «Ромочка, зачем ты украл мою кассету?» Я говорю: «Не крал я ничего!» «Верни кассету!» «У меня её нет.» Через пятнадцать минут опять звонит: «Отдай, я знаю, что ты украл!» «Нет, это не я». «Тогда кто?» «У тебя дома есть кот?» «Было два. Оба сбежали». «А кошка есть?» «Пока есть». «Вот она лапами и закатила под стол». Через десять минут он снова позвонил. «Под столом пусто». «Посмотри под шкафом». «Подожди у телефона…Под шкафом ничего нет». «И у меня нет». «Верни немедленно, а то к тебе приедет милиция с обыском». «Обыск разрешён только с санкции прокурора». «На этой кассете секретные материалы правительства Ленинградской области». «Ты в здравом уме?» « Там записано секретное заседание президиума». «Я сейчас приеду к тебе, будем искать вместе». «Приезжай быстро!» Я спрятал кассету в трусы. Вошёл к нему в комнату, залез под кровать, вытащил кассету из трусов, вылез, стряхнул пыль: «Вот она! Я же говорил, кошка заигралась…» Он печально задумался: «Это не кошка. У меня в комнате по ночам покойники бродят». Я спросил у его матери: « В вашей семье все такие?» Она говорит: «Нет. Мы с мужем нормальные…»

83

Пришёл балетмейстер Гусинский.

— Народ перестал ходить в химчистку. Наступают трудные времена. Денег не хватает даже на посещения культурных мероприятий.
— Хочешь подзаработать?
— Грузчиком? Не согласен! Работа тяжёлая, низкооплачиваемая и совершенно неинтеллектуальная…
— Ты меня за фраера держишь, если думаешь, что я мог отправить тебя на овощебазу.
— Тем не менее, мне нужна работа не пыльная, высокооплачиваемая, в офисе, с кондиционером, с перерывом на обед, с секретаршей блядского вида и служебным автомобилем для оргий на заднем сидении.
— У тебя всё это будет. Замочи порнографа. Только не перебивай. Миша Мундирашвили его заказал. Приехали мудаки из Грузии. Проделали большой путь. Вооружены. Болеют за тбилисское «Динамо». Но не могут его найти. Я подумал: друг на мели, а тут хорошие бабки валяются под ногами. Миша отдаёт последнее. Он взбешен.
— Я тебе уже говорил, Константин, и ещё раз повторяю: сюжет вялый, как член Мундирашвили.
— Гусинский, ты туп, как жопа Трипалкина. Хочешь стать уважаемым в обществе членом?
— Тщетно мечтаю.
— Тебе для этого надо всего-навсего замочить порнографа, получить у Мундирашвили конкретное бабло и победить на предстоящих губернаторских выборах.
— И всего-то?
— Ты морально готов совершить убийство?
— С категорическим императивом у меня всё в порядке!
— Значит готов.
— Одним порнографом больше - одним меньше… Кстати, кого я должен замочить?
— Батюшки мои, ты мне напоминаешь тупоголовых грузинских мачо.
— Только не надо меня сравнивать с недоразвитыми особями, произошедшими от обезьяны.
— Запиши себе в ежедневнике на завтрашнее число в графу «деловые встречи»: замочить порнографа МАТВЕЕВА!
— Матвеева???
— Не вижу в этом ничего экстраординарного.
— Матвеева?????????
— А что? Неужели в страстном желании Миши Мундирашвили избавиться от разносчика порнобациллы есть что-либо противное здравому человеческому смыслу?
— Константин, Матвеева я замочу бесплатно. Более того, я ещё приплачу тому светлому и воистину божьему человеку, кого посетила сия благостная душеспасительная идея.
— Гусинский, ты святой. И не фраер, это точно.
— Ладно, пойду мочить. Где Матвеев? В сортире?

84

Пришёл Миша Мундирашвили.

— Константин, мне страшно. Вчера я встречался с «чёрным балетмейстером». Я ему заказал порнографа. А ночью меня осенила мысль, от которой я никак не могу прийти в себя. Уж больно зловещая репутация у этого «балетмейстера».
— Ничего зловещего. Настоящий профессионал. Трудоголик. Как начинает мочить - не может остановиться…
— То-то и оно. А вдруг я сам попаду ему под горячую руку? А вдруг порнограф его перекупит? Вдруг больше заплатит?
— Ты, надеюсь, не поскупился. Хорошо отблагодарил?
— В качестве аванса я дал ему проездной на все виды городского транспорта, хачапури, полбутылки «Муската» и пластинку Вахтанга Кикабидзе.
— Да-а-а-а… Он не торговался?
— Он всё время скрывал своё лицо. Жестикулировал знаками, как глухонемой. Я почти ничего не понимал. Понял только одно: покойники будут и в большом количестве. Константин, это не моё…Я устал… Я влез не в своё дело… С грузинскими ребятами я хотя бы могу договориться… Я с ними побазарю о том, о сём, кто кого ебёт, в каком составе играет тбилисское «Динамо», и они ради меня замочат любого порнографа, если, конечно, разыщут… А этот «чёрный балетмейстер» - страшный человек! Он всё время в маске! В стеклянной! Понимаешь, я видел своё отражение. Это недобрый знак. Константин, поговори с ним, отмени заказ. Скажи, что порнограф извинился. Или, нет, скажи, что он эмигрировал в Антарктиду. Или, нет, скажи, что его уже того… другие люди…свои… порнографы… конкуренция, ха-ха-ха… Прошу тебя, Константин, отмени заказ, пусть вернёт месячный проездной и полбутылки «Муската», а за хачапури пусть деньги отдаст - он его при мне съел…
— Миша, вы не в Консерватории! Маховик запущен! Если «чёрному балетмейстеру» платят, а заплатил ты, сказать по правде, немало, дело будет доведено до конца. Можешь не сомневаться!
— Боже мой! Безвыходный пиздец! «Смерть! где твоё жало? ад! где твоя победа?»
— Брат мой возлюбленный, будь твёрд, непоколебим и знай, что труд твой не тщетен пред Господом.
— Милосердный Господи, я - покойник...
— «По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше». Мужайся. Непременно переслушай песню «Мои года - моё богатство» в бессмертном исполнении Вахтанга Кикабидзе.

 

85

Позвонил Женя Волков.

— Всех замочу! Всех замочу!!!
— Женечка, ты пьян.
— Я не пьян, я жизнелюбив. Я радуюсь утреннему солнцу, свежему ветерку, баночному пиву…Меня домогается балетмейстер Гусинский.
— Надеюсь, не сексуально?
— Он предлагает мне замочить порнографа за пластинку Вахтанга Кикабидзе. Константин, я - человек миролюбивый. Я даже не замочил Усаму бен Ладена. Ты знаешь, у меня одна рука не действует, а второй я в этот момент дрочил. Когда я кончил, Усама бен Ладен уже добежал до пакистанской границы...
— Ты просто Мать Тереза.
— Я дал согласие.
— На что?
— Замочить порнографа. Во-первых, я очень люблю Вахтанга Кикабидзе. Во-вторых, в жизни надо всё попробовать. Вот, возьмём тебя, Константин. Ты за всю свою долгую жизнь не отправил на тот свет ни одного порнографа. Это упущение. Встанешь ты когда-нибудь перед дверью Страшного Суда, спросят у тебя ангелы: «Избавил ли ты белый свет хотя бы от одного дипломированного порнографа?» Что ты ответишь, Константин? Промямлишь что-нибудь о любви к ближнему. Тоска смертная. Я - старый солдат и не ведаю слов любви! Приказано замочить - замочу! Во что бы то ни стало!
— Женечка, ты способен убить порнографа?
— А что делать? Мне скучно. Я пью от скуки. Мне нужна интеллигентная компания, культурное общение, творческий процесс, интенсивное концертирование, антитеррористическая операция - на худой конец. Когда в жизни нет ничего полезного для души, почему бы для разнообразия не заняться сокращением штатов. Хотя бы на одну бесполезную единицу.

 

86

Позвонил архитектор Палачёв.

— Ты не знаешь, чего от меня хочет пидормот Гусинский?
— Наверное, предлагает работу.
— Работу? Если я хоть что-то понимаю в нашем вопросе… Впрочем, балетмейстер всегда отличался исключительной развращённостью нрава…
— Что вы имеете в виду?
— Гусинский попросил меня спроектировать гильотину.
— Так-так…Так-так… Ничего страшного. Он ставит балет о Дантоне и Робеспьере.
— Это похвально. Но мерку он попросил снять почему-то не с Робеспьера.
— Неужели с порнографа Матвеева?
— Константин, я всегда был высокого мнения о твоих умственных способностях. Но не до такой степени...
— Спешу вас разочаровать. Большинство просвещённых умов Петербурга со стопроцентной точностью исполнили бы сегодня по Матвееву заупокойную…
— Порнограф приказал долго жить?
— Пока барахтается. Всё теперь зависит от вас.
— От меня?
— Гусинский сколачивает банду. Сам делать ничего не умеет. Но чужими руками жар загребает…
— Не понимаю. Матвеев исполнит в балете партию Робеспьера?
— Матвеев может исполнить только партию Кутона.
— Кого?
— Кутона. Он тоже был порнографом. Ездил на колясочке и – дрочил… Пока не кончил. Кончил, правда, неважнецки.
— Я, например, всегда хорошо кончаю. А как кончил этот, как его? Кутон?
— Ему отрубили голову – вместе с Робеспьером.
— Передрочил… И всё равно – не понимаю! Чего же от меня хочет пидормот?
— Как звучит ваша фамилия?
— ПА-ЛА-ЧЁВ!
— По-моему, он хочет вас нанять именно в этом качестве.
— Пожалуйста. Готов поторговаться.
— Вы любите Кикабидзе?
— Терпеть не могу.
— А «Мускат»?
— Константин, ты же знаешь, что я не пью.
— Вам не нужен месячный проездной?
— У меня личный автомобиль.
— Тогда не понимаю, на какой крючок вас может зацепить Гусинский…
— Извини, Константин, если прерываю ход твоей мысли… Нет ли у Гусинского в химчистке какой-нибудь шаловливой блядушки - скоротать вечерок?
— Эврика! Воскликнул Архимед… И грязно выругался! Как я сразу не догадался…

87

Позвонил Миша Мундирашвили.

— «Мне день и ночь покоя не даёт
Мой чёрный человек. За мною всюду
Как тень он гонится. Вот и теперь
Мне кажется, он с нами сам-третей
Сидит.
— И, полно! Что за страх ребячий?
Рассей пустую думу.»
— Константин, я решился! Будь что будет! Порнограф Матвеев, в конце-то концов, не такая уж и важная птица, чтобы из-за него копья ломать. Считай, что я его временно простил. А вот «чёрный балетмейстер» - совсем другая история. Этот изничтожит: свидетелей, их знакомых, приятелей, ближних и дальних родственников… а заказчиков - в первую очередь. Я мистическим образом прочитал партитуру кантаты Баха «Все люди должны умереть» - у меня высшее консерваторское образование. И нанёс упреждающий удар. Фортиссимо! Я заказал «чёрного балетмейстера». Вчера вечером в антракте оперы Вагнера «Гибель богов» я провёл организационное совещание. Присутствовали крупнейшие грузинские музыковеды. Был даже один спившийся дирижёр. Ожидается приезд самого художника Патико… Если он сможет быстро избавиться от лёгкой формы запущенного сифилиса.
— Миша, ты напрасно запаниковал. «Чёрный балетмейстер» не более чем дотошный исполнитель-трудяга. Но он, я в этом глубоко убеждён, не поэт-импровизатор. Зачем ему дополнительная головная боль?
— В том-то и дело, что пойди-разбери, чего у него на уме. Он не снимает стеклянной маски. Я так и не смог ему посмотреть в глаза. Для меня, как для кинорежиссёра от Бога, в глазах заложен огромный вселенский смысл.
— Два глаза - это далеко не предел! А если он работает не один? Вдруг у него целый штат сотрудников-подмастерьев? Представь, сколько тебе понадобится окулистов-камикадзе!
— Об этом я не подумал. Ну, что ж, значит нас ждёт великая битва - столкновение непримиримых мафиозных кланов, жестокие разборки - и не только в Бронксе…Я почувствовал запах крови. Мои предки призывают меня на тропу войны. Я преодолел страх. Прочь интеллигентские сомнения. Жизнь привлекательна, когда балансируешь на грани физической смерти. Кстати, вчера в театре встретил Машеньку - ту самую, которой домогался пидарас Гусинский. Честно тебе скажу, Константин, поражён его поведением. До сих пор вспоминаю с отвращением его беспрецедентную наглость. При случае, поставь на место зарвавшегося люмпена.
— Несомненно, поставлю.

 

88

Позвонил артист Шмелькин.

— Меня срочно вызвал из Германии балетмейстер Гусинский. Я прилетел ночным рейсом.
— Что ты вытворял в Германии?
— Ставил «Моцарта и Сальери». Последние пару дней репетиционный процесс был полностью парализован балетмейстером. Он звонил каждые десять минут и спрашивал, чем Сальери отравил Моцарта. Я понял, что отвязаться от него всё равно нет никакой возможности, сел на самолёт и вот я здесь.
— Рецепт захватил?
- Да, мне выписали рецепт тигровой мази от болей в пояснице. Направляюсь в аптеку.
— Я спрашиваю, для Гусинского ты привёз рецепт?
— А что, у него тоже болит поясница?
— Юрик, тебя уже выпустили из дурдома или ты сбежал?
— В дурдоме живёшь ты, а я приехал из цивилизованной Европы. Кстати, балетмейстер мне обещал денежную халтурку. Ты не в курсе? Детские утренники? Дед Мороз-красный нос? Конферанс в Домах отдыха ветеранов?
— По-моему, он хочет, чтобы ты сыграл роль Сальери!
— Великолепно! «Нет правды на земле. Но правды нет и выше».
— Кого бы ты предпочёл отравить?
— Константин, может быть, ты сыграешь Моцарта? Ты на него внешне очень похож. Да и по размеру таланта не намного уступишь. Он, конечно, не был большим красавцем, но и ты, говоря по правде, не Аполлон.
— Видишь ли, Юрик, на роль Моцарта активно претендует дипломированный порнограф Матвеев.
— Ну его в жопу!!! Какой из него гениальный Моцарт? Из него даже Пахмутовой не получится.
— Есть мнение, что порнограф назначен Моцартом.
— Есть мнение наверху?
— На самом верху!
— Ты знаешь, Константин, актёр он в каком-то смысле не бездарный…
— В каком-то смысле - да…
— Владеет сценической речью…
— В совершенстве!
— С пластикой, правда…
— Похуже?
— Но это дело наживное.
— Когда премьера?
— Еду к балетмейстеру, репетировать.

 

89

Позвонил порнограф Матвеев.

— Милейший, не могли бы вы одолжить петличку?
— Вот те раз! Дипломированный оптимист! Крупнейший спец по взаимопритяжению гениталий! Укротитель Лолит! Не выдержав преследования и травли, решил повеситься в массажном салоне.
— Сочиняете очередной пасквиль?
— Какой же это пасквиль, любезнейший. Это - трагический финал в целом яркой, но не шибко продолжительной жизни и деятельности примечательного человека…
— Не слишком ли много комплиментов в адрес морального урода?
— До уровня подлинных моральных уродов, когда их уродство становится высоким чистым искусством, вам, сами понимаете, не доползти. А вот помянуть порнографа, с которым нередко коротали минуты отсутствия вдохновения, считаю делом чести и совести.
— Ваш сегодняшний пафос отношу на полное отсутствие вдохновения и какой-либо творческой потенции. Однако, милейший, повторю вопрос: не дадите ли попользоваться петличкой?
— А почему нет? Могу вручить в комплекте с куском душистого мыла!
— Благодарю. В бане я был вчера, а сегодня иду брать интервью у величайшей порнозвезды всех времён и народов Сарры Капур.
— Передавайте ей от меня привет с пожеланиями большого личного счастья. Правильно ли я понимаю, что сразу после мероприятия под кодовым названием “интервью”, вы намерены воспользоваться моей петличкой?
— Неправильно понимаете, милейший. Петличкой я намерен воспользоваться непосредственно в ходе интервью.
— Ох, извращенец! В лучших традициях маркиза де Сада! Порнограф, я вас недооценивал!
— Напрасно! Мир ещё услышит обо мне!
— У вас осталось не так много времени. Если даже вдруг не выдержит петличка и оборвётся - и вы грохнетесь на пол и всего-навсего ушибёте лобик, так вас отыщут грузинские музыковеды. Если не они, так архитектор Палачёв со своей гильотиной. Если не Палач, так Женечка Волков - из любви к Вахтангу Кикабидзе. Если же Женечка увлечётся суходрочкой, тут как тут окажется артист Шмелькин с ядом из тигровой мази. На худой конец сам «чёрный балетмейстер» тряхнёт стариной и заложет вам такие круговые вращения с переходом на па-де-де, что вам лучше заранее запастись непросроченным вазелином.
— Вы нарисовали апокалиптическую картину, достойную Сальвадора Дали. Меня смущает только одно: почему любезная моему сердцу петличка может не выдержать, оборваться и привести к ещё более странному обстоятельству - моему падению на пол…
— Простите, за столь интимную подробность: петличку вы собираетесь цеплять к люстре?
— Отвечу не менее интимно: к магнитофону «Панасоник» c одной стороны и к кофточке нежнейшей Сарры Капур - с другой.
— Вы извращенец с большой буквы!!!
— Ошибаетесь! Я - из одних больших букв!!!
— У вас мания величия. Впрочем, поясните, как вы используете «Панасоник»?
— По назначению, милейший, по назначению. Для записи звука!
— Вы - исключительный некроманьяк!
— Мне кажется, вы насмотрелись «Зловещих мертвецов».
— Поражаюсь вашему олимпийскому спокойствию.

90

Пришёл балетмейстер Гусинский.

— У меня в гостях был Миша Мундирашвили. Он сказал, что сколачивает широкую мафиозную коалицию для ликвидации исключительно опасного преступника. Из соображений конспирации он даже побоялся назвать его имя. Только намекнул, что отморозок из балетной среды. Я сказал, что это дельце как раз по моей части. Я в последние дни халтурю по заказам. Он сказал, что ему нужен такой человек, как я - решительный и безголовый. Я сказал: работа будет выполнена, гони конкретное бабло. Он поник, долго рылся в кошельке, ничего не нашёл и предложил Машеньку. Я ему сказал, что Машеньку я и без его резолюции выебу. Он сказал, что без его резолюции я не прогуляюсь даже по Машенькиной улице, не говоря уже о том, чтобы невзначай прошвырнуться хуем по её клитору. Я сказал, что никогда ничего не делаю невзначай. У меня уже давно запланировано: отодрать Машеньку по полной программе, поскольку её интеллектуальный уровень частично сопоставим с моим. Миша сказал, что стрелка моего интеллектуального уровня по его десятибалльной шкале так и не шелохнулась с отметки «ноль». На это я ему заметил, что, видимо, эту стрелку он перепутал со своим вечноболтающимся книзу хуем. Он заявил, что ему-де нанесено с моей стороны неслыханное оскорбление, дел никаких со мной он иметь больше не будет, а чтобы распускать язык мне было не повадно, он пожалуется на меня «чёрному балетмейстеру». Константин, наведи, пожалуйста, справки по своим мафиозно-еврейским кланам, кто это такой?
— Как ни прискорбно, но «чёрный балетмейстер» - это ты!
— Даже не остроумно…
— Гусинский, ты слишком много нюхаешь химикалии. Пореже бывай в химчистке.
— Ты ничего не путаешь?
— Ты же сам от его имени вёл активные сепаратные переговоры по поводу горькой судьбы дипломированного порнографа.
— Все переговоры я веду только от своего, весьма известного в деловых кругах, имени. А что же это за «чёрный балетмейстер»? Говорят, очень страшный человек.
— Кто говорит?
— Миша Мундирашвили.
— Что он сказал?
— Он сказал, что натравит на меня этого отморозка.
— Гусинский, помнишь, ты мне как-то сказал, что мечтаешь избавиться от репутации городского идиота и стать уважаемым членом общества. Так вот, скажу тебе по секрету, только что ты продемонстрировал столь выдающиеся способности, что можешь без проблем занять кресло спикера Государственной Думы.
— Приятно слышать лестные слова о моей предпринимательской и общественной деятельности, но дело сейчас обстоит гораздо серьёзнее, чем ты думаешь. Не далее, чем час назад мне позвонил сам «чёрный балетмейстер» и сказал, что собирается меня посетить с петличкой и магнитофоном, кажется, марки «Панасоник». Это - чёрная метка, я разузнал! Он явно пытался изменить голос. Мне даже сначала показалось, что это звонит порнограф Матвеев, но уж слишком явно гадёныш пытался подражать плебейским манерам дипломированного хуесоса.
— Пиздолиза!
— Пардон?
— Гондон! Впрочем, тебе виднее…Стоп, Гусинский, кого тебе хотел заказать Мундирашвили?
— Кого-то из балетной среды.
— Случайно не балетмейстера?
— Да, кажется, он что-то такое говорил о постановщике балетных спектаклей.
— Может быть, о чёрном постановщике?
— Точно! О чёрном!!! Я вспомнил. Не впрямую, но намёками он мне дал понять, что заказывает какого-то чёрного. Я сначала подумал было, что негра. Решил отказаться из солидарности с нашим общим другом Филибером Нтуйемукагой. Однако выяснилось, что дело тут более запутанное, чем кажется на первый взгляд. Чёрный-то он, конечно, чёрный, но, скорее, в аллегорическом смысле.
— Чёрный душой, но не телом.
— Вот именно. Это всё запутывает до предела. Попробуй идентифицировать цвет души…
— Мне кажется, эта работёнка не для твоего статуса. У тебя конкретно государственный ум. А мистика-хуистика, дворцовые интриги, мёртвые души, разгадывание кроссвордов Мундирашвили - очень странное времяпрепровождение для генерального директора в целом рентабельной химчистки.
— Химчистка уже в целом не рентабельна.
— КАК???
— Для того чтобы объяснить тебе вопросы, связанные с глобальной макроэкономикой, с перемещением гигантских потоков денежной массы, надо сначала подтянуть уровень твоего экономического образования. А у меня на ликбезы сейчас просто нет времени. Прости, запарка. На мне висят два заказных убийства. Причём, во втором случае заказали меня. Если второй заказ выполнят раньше первого, то на весь город распростанится слух, что балетмейстер Гусинский ненадёжный киллер, заказы вовремя не выполняет, и я потеряю солидную клиентуру.
— Тебе не позавидуешь.
— Константин, я дорожу своей безупречной репутацией.
— Бог в помощь.

 

	1-30__ 31-60___ 61-90___ 91-108
Оглавление	Форум	Фотогалерея